Мнение: Призрак в доспехах 2. Человеко-машинный интерфейс

В 1989-м году Сиро Масамунэ создал мангу «Призрак в доспехах», которой было суждено стать культовой – но уже во многом благодаря Мамору Осии, который экранизировал ее, мастерски переработал заложенные в ней идеи и превратил историю Мотоко Кусанаги и ее коллег в один из столпов жанра «киберпанк», заложив, в том числе, и некоторые его визуальные каноны. Все это Осии, в какой-то мере монополизировав, продолжил развивать в сиквеле 2004-го года «Невинность», визуальное превосходство которого продемонстрировало, как быстро развиваются компьютерные технологии, что в целом служило отличным подтверждением заложенных в оригинальной манге и аниме идей. Масамунэ тоже не остался в стороне от «сиквелизации» и еще тремя годами ранее представил продолжение своей самой известной работы. Читая которое сейчас, сложно удержать себя от мысли «Какое счастье, что Мамору Осии пошел своим путем и не взял за основу это продолжение». Оно вообще как-то осталось в стороне, мимо него прошли создатели «Синдрома Одиночки», творцы голливудской версии, авторы нового сериала для Netflix. В чем же дело и почему «Человеко-машинный интерфейс» — спорное, и, забегая вперед, не обязательное продолжение известной киберпанковской манги?

Читать далее

Мнение: Конан. Избранное. «Тайна Гибельной реки!» и «Проклятие золотого черепа!»

Продолжаем читать избранные комиксы про Конана-Варвара, издававшиеся Marvel в семидесятых годах прошлого века и теперь пришедшие в Россию благодаря издательству «Alpaca», заботливо сохранившему оригинальный сингловый формат этих историй. На очереди два рассказа, «Тайна гибельной реки!» (изначально вышел в серии «Savage Tales» в июле 1974-го года) и «Проклятие Золотого Черепа!» (серия «Conan the Barbarian», апрель того же года), сценаристом обоих выступил, конечно же, Рой Томас. Визуальные отличия комикса «Тайна гибельной реки!» сразу же бросаются в глаза: он, во-первых, черно-белый, а во-вторых, Конан на его обложке не находится в компании малоодетой девы в опасности (что мы тут же можем наблюдать на обложке второго комикса).  Во время очередного странствия киммерийский наемник испытывает жажду, и все из-за того, что парочка злых любителей колдовства отравляет воду в округе небольшого городка «магическими сливами». Томас тут затрагивает актуальную и в семидесятые годы, и в наши дни тему загрязнений промышленными отходами окружающей среды и их последствий, сказывающихся на здоровье простых людей. Также достается «жадным богачам», которым плевать на этих самых людей.

Читать далее

Мнение: Лунный рыцарь. Том третий: Рождение и смерть

Нет ничего плохого в том, что у вас может появиться вымышленный друг, особенно если вы ребенок. С этим согласятся большинство психологов и психиатров. Проблемы начнутся тогда, когда этот самый друг начнет активно занимать ваше место в одном конкретном теле. А если этих друзей будет много? Тогда уже есть риск в кабинете специалиста услышать вместо ободряющей фразы «да ничего страшного, бывает» пугающий диагноз «диссоциативное расстройство личности», а за этим уже следуют горы лекарств, годы исследований и слезы близких. Именно эта неприятность случилась с сыном чикагского раввина Марком Спектром. И произошло это задолго до роковой, околосмертной встречи Марка с древним египетским божеством Хонсу. Которое не факт, что вообще когда-то существовало в реальности за границами подсознания Спектора. Еще в детстве Марк близко «сдружился» со Стивеном Грантом, во взрослой жизни ставшим успешным голливудским воротилой. Затем произошло «знакомство» с таксистом Джейком Локли, стоящим уже на более низкой социальной ступеньке. Ну а дальше, как говорится, понеслось. Новые и старые личности в голове Марка сменяли друг друга, пока сам Марк пытался разобраться в них, в их поступках, и в том, действительно ли он супергерой в белом, Кулак Хонсу, возвращенный к жизни – или просто псих, которому место в дурдоме, откуда, кстати, Спектор, не без помощи друзей (и тут еще более непонятно, были ли реальными или вымышленными) слился еще в начале рана Джеффа Лемира, к финалу которого мы как раз и добрались.

Читать далее

Мнение: Хеллбой. Том одиннадцатый: Адская невеста и другие истории

     В заброшенном кинотеатре, на полуразрушенных стенах которого развешены ветхие афиши великих «ужастиков», таких, как «Дракула» или «Проклятие мумии», собралась пугающе-странная публика. Мертвецы. И тут даже не тянет пошутить про то, что это обычные зрители, умершие от скуки. Вовсе нет, эти зрители бодро (ну как бодро, для своего истлевшего состояния) реагируют на показанные им истории, и даже не прочь почтить усилия авторов аплодисментами. Еще бы, ведь в этом зале им устроили не одинарный, а двойной сеанс. Если быть точнее, двойной сеанс зла. Именно так называется одна из частей одиннадцатого тома «Хеллбоя», который, как и его предшественник с порядковым номером «10», является сборником коротких рассказов, написанных Майком Миньолой по разным поводам в разные годы, и нарисованных разными художниками.

Читать далее

Мнение: Человек-бензопила. Том первый

Бензопилу изобрел Андреас Штиль в 1926-м году. До этого истребители нечисти обходились мечами, луками и огнестрельным оружием. Но прогресс их вдохновил и они – если верить творцам историй, в которых эти истребители нечисти фигурируют в качестве главных героев, — быстренько перевооружились, возведя инструмент для рубки деревьев в ранг медийного культа. Маньяки и прочие злодеи, кстати, от них тоже далеко не ушли, не устояв перед харизмой бензопилы, которая пилит максимально брутально и кроваво, когда речь заходит не о деревьях. Сначала всех впечатлили придумки Сэма Рейми, наделившего Эша в «Зловещих мертвецах 2» отличным инструментом взамен не столь эффективной руки. Потом японские создатели трэша решили, что школьница, борющаяся с монстрами, гораздо лучше будет смотреться с пилой в руках, а недавно Николас Кейдж зверски резал адских лесорубов в «Мэнди». Примеров масса, и почти все они доказывают, что бензопила внезапно стала волшебной палочкой-выручалочкой, способной своей агрессивной магией вытащить из забвения любую идею, сделав ее в сто крат зрелищнее и интереснее. Вот и Тацуки Фудзимото, когда брался за свою новую мангу, наверняка думал о том же – и не прогадал, создав одно из самых хайповых произведений на данный момент.

Читать далее

Мнение: One-Punch Man. Книги девятнадцатая и двадцатая

Десятый, юбилейный том «One-Punch Man» и двадцатая книга, которая (вместе с девятнадцатой, разумеется) в него входит – сразу два больших юбилея серии, и они обязаны отметиться чем-то грандиозным. Наверное, должна-таки грянуть великая битва между Ассоциацией Героев и Ассоциацией Чудовищ. Или нет? В любом случае, подготовка к этой битве идет полным ходом с двух сторон. Лучшие из лучших, герои класса S, планируют внезапное нападение на тайное логово чудовищ, которое закономерно находится под землей в разрушенном и покинутом жителями городе. И все для того, чтобы покончить с бесчинствами и постоянными нападениями монстров на мирных граждан. Ну, и еще для того, чтобы спасти Капризулю, юного мажорчика, сына высокопоставленного чиновника героической ассоциации. Что поделать, использование административного ресурса – дело святое. Чудовища, в свою очередь, готовы не только к обороне, но и к наступлению, стратег этой организации, Глазастик, кажется, смог просчитать все. Кроме того, что его общение с Гаро, человеком-чудовищем и убийцей героев, пойдет несколько в ином русле, не так, как было запланировано. Гаро тоже спасает одного мальчонку, но не хочет себе в этом признаваться, а то вдруг и сам поверит, что у него черная душа и злое сердце, но в их глубинах все же нашлось место человечности. Может, даже в больших пропорциях, чем у некоторых героев, занятых позерством и борьбой за повышение своего рейтинга.

Читать далее

Мнение: Отель «Лето»

Я с большим уважением отношусь к творчеству Михаила Елизарова. «Библиотекарь» находится в моей персональной десятке любимых книг, «Мультики» тоже, в общем, хороши, как и недавняя «Земля». А вот его рассказы не особо заходили из-за превалирующего в них темного сюрреализма, зачастую заменявшего отсутствие сюжета или его развития в привычных рамках литературных канонов. С особым интересом, быстро переросшим в удовольствие, в свое время я открыл для себя и песенное творчество Михаила. Елизаров в своих песнях одновременно рассказывает истории – зачастую маргинальные, но при этом пронизанные какой-то душевностью, которую на наших широтах проще и честнее всего выразить хлестким матерным междометием, чем, собственно, сам автор и занимается, повышая градус «исконно-русскости», — и, в то же время, устраивает литературно-лингвистические игрища, когда смысл может складываться из имеющих совершенно разное значение слов, подходящих к друг другу по рифме и темпу песни. Такая вот поэзия, местами ироничная и гротескная, местами провокационная (Елизаров не чужд препарированию разных идеологий, и иногда итог этих манипуляций у несведущего человека может сойти за откровенную пропаганду). Альбом Елизарова «Жалобная книга» в свое время долго не умолкал в моем плеере, да и остальные тоже радовали. Но вот песню «Отель «Лето»» я не слышал. Не доводилось. И теперь уже, наверное, и не услышу. Ибо – страшно же.

Читать далее

Мнение: До встречи осенью

После этого комикса ваше отношение к тыквам и местам их выращивания никогда не будет прежним. Вот я, к примеру, один раз в жизни был на тыквенной бахче. И это была… ну, обычная бахча, с картинок из школьных учебников и из журналов про сельскую жизнь. Много грядок и ооооочень много тыкв, оранжевый цвет которых, стоит отметить, обеспечивает солнечное, позитивное настроение. До тех пор, пока не начинаешь понимать, сколько времени и сил должно уйти на то, чтобы вырастить все это и затем собрать, обеспечив любителей тыкв запеканками, супами и обязательными атрибутами Хэллоуина. Но, оказывается, в американских штатах, где выращивают тыквы, а заодно кукурузу и прочие сельхоз культуры, бахча – это нечто большее. Если верить создательницам комикса, сценаристке Рейнбоу Рауэлл и художнице Фэйт Эрин Хикс, фермеры для привлечения посетителей устраивают целые парки аттракционов, настоящие Бахчаленды. А уж когда дело касается праздника урожая, посещение подобных мест становится обязательным, кажется, для всех жителей штата. И тут уж хозяева бахчи из кожи вон лезут, чтобы обеспечить им простые, но милые сердцу развлечения в традиционном стиле: тут и там раскидываются шатры или палатки, в которых можно вкусно поесть, попробовав незамысловатую, но родную, «народную» кухню, можно найти кучу сладостей или, набрав чипсов и попкорна, поучаствовать в конкурсах или потанцевать под кантри.

Читать далее

Мнение: Хеллбой. Том десятый: Скрюченный человек и другие истории

Второй из трех томов, подготовленных в этом году издательством «XL Media» ко Дню Хеллбоя и десятый, юбилейный том в общей хронологии комиксов о приключениях Парня из Ада интересен тем, что в титульной истории «Скрюченный Человек» Майк Миньола обращается к американскому фольклору, персонажи которого не сказать, чтобы очень часто мелькали в его произведениях. Он все же тяготеет больше к европейским мифам и легендам, богини Гекаты и боги Одины там всякие, вурдалаки, призраки, Баба-Яга вон даже появлялась у него вместе с Кощеем. Но в этот раз речь не о них. Вдохновение для очередного приключения Хеллбоя Майк черпал из произведений Мэнли Уэйда Уэллмана, и если это имя вам – как и мне, — вообще ничего не говорит, то подробная биографическая статья непосредственно в этом сборнике, а также услужливый поисковик дадут нам понять, что это один из культовых авторов эпохи палповых журналов и печатавшихся в них рассказов, определивших во многом лицо и настроение всей современной фантастики. Уэллмана ставят в один ряд с такими титанами жанра «развлекательного чтива для невзыскательной публики», как Лавкрафт и Говард. Уэллману же приписывают статус знатока фольклора Аппалачевских гор, территории уникальной и своеобразной не только в географическом плане. Раскинувшиеся на восточных просторах Северной Америки и Канады, Аппалачи прославились как место, скажем так, своеобразное, в этом котле заварился терпкий настой из сказаний коренных индейских племен и осевших здесь покорителей фронтира, людей жестких, суровых и суеверных, притащивших с собой верования на первых кораблях переселенцев.

Читать далее

Мнение: Спасти царевича Дмитрия

15 мая (25-го по старому стилю) 1591-го года в Угличе погиб царевич Дмитрий, младший сын Ивана Грозного. Обнаружив мертвое тело Дмитрия, его мать, Мария Нагая, последняя жена Ивана, спровоцировала с другими членами своей семьи смуту, в результате которой предполагаемые убийцы были растерзаны толпой. Но это случилась еще малая смута, большая была только впереди. В истории правящих родов не только нашей страны, но и других государств, смерть одного из претендентов на престол – дело обыденное, никто особо не смотрел на возраст того, кого нужно было умертвить ради «общего блага» (Венценосная семья Романовых начала свое правление с повешения четырехлетнего ребенка, потом на виселице оказался сын Марии Мнишек, в общем, сентиментальностью никто особо не страдал и «мальчиков кровавых в глазах» предпочитал оставлять впечатлительным поэтам), но в данном случае все зашло слишком далеко.

Читать далее