Мнение: Проблема Сьюзен и другие истории

cover1

Между Нилом Гейманом и Филипом Крейгом Расселлом давно образовался продуктивный творческий союз: Расселл рисовал некоторые главы «Песочного человека», но чаще он занимался тем, что адаптировал в формат графических новелл рассказы, повести и романы английского писателя, также выступая в этих адаптациях в качестве художника. В результате мы имеем такие комиксы, как «Коралина», «Истории с кладбищем», «Американские боги» и «Мистерии убийства». Визуально, кстати, сборник, о котором пойдёт речь, выглядит как продолжение «Мистерий», есть в них что-то общее, позволяющее их поставить рядом на книжной полке. Хотя по содержанию и концепции очередное творение Расселла больше походит на антологию «Создания ночи», представляющую собой тоже собрание из четырех коротких историй Геймана, вроде как между собой не особенно связанных, но позволяющих как минимум ещё раз заглянуть в волшебные миры Нила и увидеть, какими они предстают в воображении именитых художников комиксов.

6899730e525be82182f5aab382109182

Открывает сборник рассказ «Проблема Сьюзен», вещь, как неожиданно оказывается в самом начале, весьма требовательная к читателю: к её чтению как минимум нужно подходить со знанием того, чем заканчиваются легендарные «Хроники Нарнии» Клайва Льюиса, а также с пониманием, какие религиозные мотивы вложил в эту серию романов автор. Иначе это будет просто рассказ про старую профессоршу, одинокую Сьюзен, которой снится один и тот же сон и которая в интервью с молодой журналисткой обсуждает сказки. И, честно говоря, я не знаю, где я хочу вам наспойлерить меньше: если рассуждать о смысле рассказа, то придётся рассказать, чем закончились «Хроники Нарнии», если обойтись без этого, то придётся просто пересказать историю главной героини, а она хранит в себе несколько тайн. В общем, это по-стариковски неспешный рассказ, сотканный из порой жестоких снов, умных диалогов и никуда не торопящегося закадрового голоса. Рассказ о человеке, отказавшемся от Рая… которого, возможно, никогда и не было, раз бог, сталкивающий между собой поезда и превращающий живых людей в неприглядную груду мёртвой плоти, любит какие-то слишком уж странные развлечения. У Льюиса, как известно, бог персонифицирован в образе льва Аслана, и Гейман весьма рискованно расправляется с этим образом, демонстрируя его скорее как Кроноса, пожирающего своих детей. Как часто бывает у Геймана, внутри короткого рассказа есть микроистория, в данном случае это мечта о никогда не написанном, но все же существующем романе о Мэри Поппинс, которая оказывается бывшей няней мальчика по имени Иисус и вообще является настолько могущественной, что даже Отец Вседержитель пасует перед ней. И, как это бывает не менее часто, интересны рассуждения о классических сказках, изначально наполненных не совсем детскими смыслами, которые в итоге пришлось маскировать. В общем, рассказ сложный, допускающий ряд трактовок, и вам нужно будет придумать самим, какая больше соответствует вашему мировоззрению.

0KqQ6ZZ1xeI

Короткий рассказ «Замки́» — даже на рассказ, скорее, трогательное размышление, и опять на тему сказок. Отец рассказывает дочери вечную историю про Златовласку и трёх медведей, им очень весело, несмотря на то, что сказка отскакивает от зубов и наверняка звучала в этой спальне перед сном не один десяток раз. И отец в это время думает о многом: о том, как сказки связывают взрослых и детей, о трактовках, меняющихся в силу разного опыта и возраста, о неизбежном взрослении и о том, как люди тянут сказки за собой в эту самую взрослую жизнь, участвуя в извечном цикле «сказочного бессмертия». Ну и, наверное, о мимолётности детства, светлые моменты которого нужно хранить и беречь. «Октябрь в председательском кресле» — посвящение Рэю Брэдбери (в уважении которому Нил также расписывался в недавно вышедшем сборнике «Театр теней Рэя Брэдбери») и Геймановская вариация на тему хорошо известных «Двенадцати месяцев» с возникающими по ходу повествования аллюзиями на «Истории с кладбищем». В лесу, на поляне у костра собираются двенадцать месяцев. Если в версии Самуила Маршака (согласно его воспоминаниям, в основу легка услышанная им в детстве богемская или чешская сказка) братцы-месяцы персонифицированны согласно природным и погодным особенностям, связанным с сезонными циклами, то у Геймана это просто разношерстая компания людей, чуть менее странная семейка, чем его же Вечные из «Песочного человека», но всё равно выглядящие и ведущие себя специфично. Под треск веток в костре и треск капающего в огонь жира с сосисок месяцы (среди которых есть не только братцы) рассказывают истории. У кого-то талант рассказчика проявляется хорошо, кому-то стоило бы поработать над собой. В итоге слово берёт Октябрь, выдавая очень грустный рассказ… с одной стороны, в нём можно разглядеть светлые интонации, проявляющиеся хотя бы в том, что автор однозначно провозглашает существование жизни после смерти, с другой стороны, горько осознавать, что затюканный родителями и тупыми старшими братьями мальчик выберет скорее вариант «посмертного существования», чем возвращение в мир живых. Можно списать всё на детское воображение, и тогда история вообще превратиться в путь главного героя к самоубийству, тогда и чудовища в заброшенном доме окажутся вовсе не чудовищами, но существами ещё более страшными. Так же как и в случае с «Проблемой Сьюзен», здесь есть над чем подумать, меланхоличная сказка, чуть приправленная ощущением зыбкого чуда, за которым запросто может маячить жуткий кошмар, затягивает. Если первые два рассказа антологии нарисовал Расселл, то здесь к графической части приложил руку Скотт Хэмптон, рисовавший «Американских богов».

4 (3)

«День, когда приземлились тарелки» — ярчайший пример того, что Гейман способен продать читателям что угодно, даже наброски на салфетке в кафе или что-то вроде этого. Перед нами стих (в русском переводе однозначно белый), в котором интересно последовательное перечисление всех популярных в фантастике вариантов Конца света, реализовавшихся внезапно в один день. Ничего особенного, но всё спасает рисунок Пола Чедвика, создающего прекрасные и яркие, при этом очень ироничные коллажи из всех этих Апокалипсисов, Рагнарёков и нашествий джиннов. Как финальный аккорд – вполне себе. Две истории из сборника заставляют включать воображение, предлагают что-то где-то поискать (вдруг вы тоже не читали «Хроники Нарнии» до конца) и содержат в себе идеи, требующие того, чтобы вы их обдумали и выбрали свою трактовку – много это или мало для «целой» книги, тоже решать вам. Наверняка поклонники Нила, на которых издание и рассчитано, получат свою порцию геймановского удовольствия. Насколько я понимаю, при работе над сборником были использованы те же переводы, в которых рассказы публиковались на русском в изначальном, не адаптированном виде, а это весьма хорошие переводы, сохраняющие стиль и интонации первоисточника. Стоит отметить, что «АСТ» допустило (в очередной раз) странную ошибку в отношении Расселла: дело в том, что его полное имя звучит как «Филип Крейг Расселл», то есть, первая буква, раз уж она присутствует в написании, должна быть «Ф», а не «П», что мы и наблюдаем на обложках комиксов, выпущенных другими издательствами (взять, к примеру, «Кольцо Нибелунга»). Но по причине того, что на английском «Филип» пишется как «Philip», и возникает эта самая буква П, что, согласитесь, странно в эпоху, когда слово «погуглить» означает примерно «совершить почти мгновенное действие по получению нужной информации». Сам сборник вышел в твёрдом переплёте с выборочной лакировкой, в нём 80 страниц, бумага глянцевая, допов нет. Тираж 2000 экземпляров.

https://vk.com/ast_mainstreamgeeks

 

 

 

 

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s